|
Наромарт |
13 Май 02 |
16:38 |
Cообщение № 5906 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
|
Не плохо бы указать источник Вашей информации - журнал Мир 2000 за прошлый год ( кажется, ноябрь ). Эту статью о нейротеологии я уже приводил в пример на Форуме.
|
|
Kail Itorr |
13 Май 02 |
12:35 |
Cообщение № 5902 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
| Заголовок: |
Литературные боги |
Слово передается Михаилу Назаренко, второму человеку после фюрера в мастерской "Третья Сила" (реальной).
=================
Михаил Назаренко
НАШ РАГНАРЁК
Предварительная классификация религиозной и атеистической фантастики равно и литературы вообще)
И тогда мы выхватили по увесистому револьверу... и с наслаждением пристрелили богов.
Х.Л.Борхес. "Рагнарёк"
К написанию настоящих заметок меня подвигло прочтение трилогии Филипа Пуллмана "Его темные материалы" [1]. Эта книга мне крайне не понравилась - прежде всего потому, что она попросту плохо написана. Интеллектуальное же содержание саги (а именно за "идеи" Пуллмана высоко ценят западные критики) мне показалось просто пугающим. "Гарри Поттера" фундаменталисты сжигают за "сатанизм", которого у Ролинг нет и в помине; Пуллману вручают престижную премию и провозглашают Настоящей Литературой. Значит, есть люди (их, к тому же, немало), которые полагают мысли Пуллмана умными и достойными внимания. "Богоборчество", - говорят читатели; "критика организованной религии", "мастерское использование образов Мильтона и Блейка"... На самом деле Пуллман написал примитивную фэнтези, битком набитую логическими и психологическими ляпами, в которой роли Темных Властелинов 1-го и 2-го уровней (по классификации А.Свиридова) исполняют Господь Бог и архангел Метатрон. Примечателен не сюжет, а логика положительных героев. "Никто не восставал против Бога, а мы восстанем!" "Вау!" - говорят положительные герои и идут убивать Бога кинжальчиком. "Церковь плохая, потому что лишает людей радости жизни!" - "Вау!" - "Раз Церковь плохая, то и Бог плохой!" "Заниматься квантовой физикой интересней, чем верить в Бога!" "Бог не хочет, чтобы человек познавал мир, а мы - Прометеи, Декарты и Ньютоны!" "Над нами нет никого, кто мог бы наказывать или вознаграждать!" (Вот в этом-то и суть - во вседозволенности. Я далек от мысли, что "если Бога нет, то всё позволено", однако герои Пуллмана вокруг этой идеи радостно бегают.) Самое противное - автор преподносит эти взгляды как нечто, само собой
разумеющееся. Бог плохой. А как же иначе? Иначе-то как?
...Дочитав - из упрямства, из принципа - эту скучную историю, я подумал: а ведь есть еще одна книга, почти столь же скучно и почти столь же плохо написанная. Только ее содержание - прямо противоположное. Называется она "Хроники Нарнии".
Вполне допускаю, что человеку нерелигиозному цикл Льюиса будет неприятен так же, как мне - цикл Пуллмана. Да что там! "Нарния" и мне неприятна.
В таком случае - возможна ли вообще _хорошая_ религиозная и богоборческая литература? История кивает головой.
Попробуем разобраться с классификацией.
Религиозная литература.
1. Прямое или аллегорическое изложение догматов. Другими словами, беллетристическое изложение катехизиса. Как правило, скучно до умопомрачения. Характернейший пример - та же "Нарния". Ядовитый Р.Арбитман в давней статье "Амбер - Урюпинск, далее везде" отчехвостил этот сказочный цикл, в котором Плохие Мальчики с унылой неизбежностью превращаются в Мальчиков Хороших. Единственная сказка, которая действительно "срабатывает", - последняя. По всем сказочным законам Нарния погибнуть не может, а - гибнет. И ее возрождение на том свете оказывается действительно Даром, хотя и несколько сусальным.
Неудача Льюиса - это его личная неудача или закономерность? Если согласиться с тем, что прямое учительство беллетристике противопоказано, то - закономерность. И всё-таки, литература как-то ухитряется доносить до читателей разумное, доброе, вечное - и
религиозное?
2. Испытание догматов, так сказать, в полевых условиях. Подобные эксперименты, как правило, проводят атеисты или агностики - с тем, чтобы показать их (догматов) несостоятельность. Смотри сборник "Другое небо", а также "Двадцать второе путешествие Ийона Тихого", "Смертные муки пришельца" и пр. Но если вспомнить встречу землян с безгрешными марсианами ("Огненные шары" Брэдбери) или самим Христом ("Человек" того же Брэдбери), сомнения и веру священников в рассказах Энтони Бучера ("Валаам" и "Поиски святого Аквина")... Короче, смотри тот же сборник "Другое небо". Сомнение, которое в итоге подтверждает веру; кризис религиозного сознания - вот чтО изображает Литература. Реабилитирую Льюиса: его повесть "Расторжение брака" - блестящая притча об аде и рае, которые (при желании) могут быть поняты просто как метафоры двух состояний человеческой души.
За пределами НФ сразу же вспоминаются романы Грэма Грина - "Сила и слава" и "Монсеньор Кихот": утверждение религии и Церкви через показ слабых служителей Господних. А если углубиться в историю - классическая притча Боккаччо о христианине и иудее (вторая новелла первого дня: Если такое творится в Церкви и она не провалилась в тартарары - воистину Дух Святой ее держит!).
3. А для тех, кому и такой подход кажется чересчур предвзятым, есть самая, пожалуй, "открытая" форма религиозной литературы - изображение событий с точки зрения верующего человека.
Честертон. Конечно же, Честертон как автор "Отца Брауна", "Наполеона Ноттингхилльского", "Человека, который был Четвергом", эссе... Писатель показывает яркий, добрый, мрачный, трагический, гротескный мир - и потом дает понять, что мир этот христианский. Толкин в этом плане - верный ученик своего старшего современника; но ему так не хотелось профанировать христианство, что во "Властелине Колец" Бог упоминается лишь единожды (плюс один сомнительный случай). Но "Властелин" - "книга католическая", как говорил его автор, и понять мир Средиземья, не осознав этого, нельзя. Нечто подобное делает Кард в "Голосе Тех, Кого Нет". Да, это прекрасная психологическая проза, роман о Контакте, о семье, жертве, искуплении - и о том, "как неожиданно мы понимаем, что в нас есть частица плоти Господней, - в тот самый час, когда тверже всего уверенность, что мы сотворены только из грязи и глины". Обратите внимание: это слова не автора (по вероисповеданию мормона), а его героя, католического епископа. Принять _эту_ веру или нет - дело читателя.
И опять же - Льюис. Его "Письма Баламута" - наставления старого черта молодому о наилучших способах уловлять души грешников - что это? Опять катехизис? Отнюдь. Скорее, пособие по моральной гигиене, доказательство от противного.
(Следовало бы упомянуть классическую "Песнь для Лейбовица" Уолтера Миллера... Что ж, упомянул. Не люблю я этот роман, даром что классический и, кажется, ортодоксальный. Просто - не нравится, как написан. Скучный. Хотя финал... да, финал сильный. Ладно, читайте сами, хоть и в плохом переводе.)
Вот мы и добрались до атеистов, богохульников, богоборцев, богоискателей и прочей публики.
Пожалуй, лучше всего мое отношение к литературе подобной направленности передают слова Лютера: "Иное богохульство угоднее Господу, чем хвала". Повторяю: "иное". Не всякое. Можно задавать любые вопросы, лишь бы они были умными. А это не так уж часто встречается.
1. Атеизм в чистом виде. Стругацкие (оставляю в стороне "Отягощенных Злом"). "И я безбожник, - добавил Айова Смит. - Бога нет, Учитель, и с этим ничего не поделаешь". И тут мы все стали говорить, что мы безбожники..." ("Хищные вещи века"). Этика Стругацких - отчетливо нехристианская, это хорошо показала О.Брилева [2], но вряд ли тут дело именно в атеизме. Ведь христианская этика атеиста - дело вполне обычное. Тут скорее - воспитание, традиции...
Итак, бога, как предполагается, нет. И что? Да ничего, в общем-то. Люди живут, зная, что "нет ничего ДО и нет ничего ПОСЛЕ" ("Хромая судьба"). "Гипотеза бога" не нужна ни физику Пильману ("Пикник на обочине"), ни математику Вечеровскому ("За миллиард лет до конца света"). Но вера или безверие ни о чем не говорят и ничего не решают. И атеисты, и (немногочисленные) верующие у Стругацких вместе борются с фашизмом и мещанством. Аминь.
2. "Бога нет! Нет! Не-ет!" Признаться, я такого в литературе и не припомню. Истериков никто не любит, а читатели - в особенности. Лобовая проповедь атеизма (как и любая другая лобовая проповедь) - дело очень скучное.
3. "Бога нет, а если бы и был, то он был бы ну о-очень плохим". Упомянутый господин Пуллман придерживается, видимо, именно такой точки зрения. Эту разновидность отношений с высшими силами я и назвал бы "богоборчеством" (или плохо переваренным гностицизмом). Вряд ли можно придумать что-то более бессмысленное, нежели бороться с богом, которого нет. Тем более, что такого бога и вправду нет. Рассказы Логинова "Живые души" и "На острие" - чУдные примеры ложных логических построений. Доводы Логинова так же странны, как и ницшеанский вопль "Бог умер!" (для христиан это бред, для атеистов - тоже). Ничего интересного с художественной точки зрения в подобных текстах нет. В текстах Логинова и Пуллмана, конечно, а не в текстах Ницше.
"Богоборчество" а-ля Олди я не беру в расчет, потому что оно не имеет отношения к предмету исследования: как сказали сами писатели, боги в их книгах - это просто такая раса. Впрочем, посылка некоего изначального преимущества людей над богами присутствует у них, как и у Логинова. Странно, почему в "Герое" это меня не раздражает, а в "Земных путях" - еще как? Написан роман лучше, и не зацикливаются авторы на своей идее до умопомрачения, вот и всё. Но уже в "Черном Баламуте" крутость людей и гадость богов - чрезмерны.
А вот можно еще сказать какую-нибудь гадость о людях и событиях, описанных в Библии. Далеко небесталанный, но отвратительный по замыслу роман Муркока "Се Человек", "Евангелие от Афрания" Еськова... И хватит о них.
4. Еще один вопль: "Как бог может такое допускать?" Вопрос Иова, вопрос Ивана Карамазова, актуальный и вечный, как концлагеря. "Я не Бога не принимаю, пойми ты это, - говорит Иван, - я мира, им созданного, мира-то Божьего не принимаю и не могу согласиться принять". Из этого можно вывести неверие, веру, злого бога, благого Бога, непознаваемого Бога, атеизм и теодицею - что угодно. Бунт против мира - знак душевной неуспокоенности. Каков следующий шаг - вот в чем вопрос. "Адам-творец" в пьесе Чапека разрушил мир до основанья и выстроил такой же. Разрушает свой мир и логиновский Шооран ("Многорукий бог далайна" - сильный, умный и отнюдь не "богоборческий" роман, в моем понимании). В классическом анекдоте Бог переспрашивает: "Так тебе не нравится этот мир?" - "Нет!" - "Так измени его!". Достойная задача. Разрушение и строительство, проистекающие из одного "бунта" блестяще противопоставлены в финале честертоновского "Четверга". Хотел процитировать, но нет, слишком много выписывать. Лучше перечитайте целиком последнюю главу (или весь роман).
А еще можно в поисках ответа на тот же проклятый вопрос лепить бога по своему образу и подобию, как это делает В.Рыбаков в квазирелигиозной повести с характерным названием "Трудно стать Богом". Придумывать Силы, на которые налеплены произвольные ярлычки, как Лукьяненко в "Осенних визитах". Создавать религию для индивидуального пользования - вообще излюбленное занятие интеллигенции. И неважно, веришь ты в чайку по имени Дж.Л. или в тройственного марксистского бога (по Луначарскому: производительные силы - отец, пролетариат - сын и научный социализм - дух святой). Главное - ты сам, как на детской площадке, устанавливаешь правила игры.
Как справедливо сказано у Пелевина, "интеллигент не боится топтать святыни. Интеллигент боится лишь одного - касаться темы зла и его корней, потому что..." гм... далее по тексту.
5. А вот это - сильнее всего: последовательный атеизм, дошедший до крайних, последних выводов. Ницше (насколько я могу о нем судить). Экзистенциалисты. Разумеется, Лем, создатель (отобразитель?) пустого, холодного мира "ужасных чудес", Хаоса, лишенного логики, мира одиночества и страдания. Каждый, я полагаю, хоть раз в жизни оказывался в таком мире. Только там, где Лем ставит точку, человек верующий видит запятую, за которой следует - "и всё-таки..." Лем никакого "всё-таки" не знает. Человек оставлен наедине с собой. Это - трагическая позиция. Это - чрезвычайно сложная литературная задача, с которой Лем справился куда успешней Сартра и Камю (ну НЕ ЛЮБЛЮ я французов!).
Какой же вывод? Простой. "В литературе все средства хороши, только если они - художественные". (Кто это сказал? Не помню.) Думайте, а не "изображайте на своем лице мыслящую физиономию". Сомневайтесь, а не подменяйте старые схемы новыми. И, как завещал великий Честертон, мыслите свободно, даже если это раздражает свободомыслящих людей. Каковым призывом позвольте завершить сие смиренное послание.
-----
[1] "His Dark Materials" (1995-2000) by Philip Pullman. Название представляет собой цитату из Мильтона, но, если следовать русскому переводу "Потерянного рая, книгу пришлось бы озаглавить "Им", что нехорошо.
[2] (K.I.) Речь о статье О.Брылёвой "Братья Стругацкие: кризис человекобожества в "Мире Полдня" - мне оно прибегало по рассылке через третьи руки, если Ольга не против, можно и сюда забросить.
====================
Цитировал Кайл Иторр.
|
|
Авллаз |
13 Май 02 |
10:37 |
Cообщение № 5901 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
| Заголовок: |
Христос Воскресе и ахи-страхи разбежались! |
Приветствую и поздравляю, Алексей!
Приветствую и поздравляю всех!
> Понимаете, Наталья, вера - не проявление трусости, а наоборот, проявление смелости. Жить без Бога - проще и легче.
- какую ты сложную тему в двух предложениях попытался уместить!
Согласись, что всяко бывает: и вера, как проявление смелости, и вера, как проявление слабости или даже трусости. Зависит от конкретного человека и его КОНКРЕТНОЙ веры.
А насчет "жить без Бога - проще и легче" - это тактически часто верно, а вот стратегически - ведь как раз наоборот!
Христос Воскресе!
P.S. Алексей, ИМХО, ты был жестковат в этой ветке.
|
|
LeD |
12 Май 02 |
18:45 |
Cообщение № 5896 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
| Заголовок: |
Информация к размышлению |
Почему люди верят в Бога?
Вопрос этот может показаться равно наивным, бессмысленным и безответным. Действительно, до недавнего времени большинство ученых, занимающихся социальными науками и изучением процессов познания, его игнорировали.
Положение резко изменилось в последнее десятилетие, когда возобновившиеся дебаты о взамоотношении между наукой и религией выплеснулись в культурное пространство и ученые из разных областей ввязались в споры. Недавно вышедшая в нью-йоркском издательстве книга «Почему Бог никогда не исчезнет?» («Why God Won’t Go Away?») интересно и по-новому освещает этот вопрос, особенно с точки зрения нейрофизиологии, о чем сообщает читателю подзаголовок: «Наука о мозге и биология веры».
Авторы книги — врачи из Пенсильванского университета: Эндрью Ньюберг занимается одновременно радиологией и нейробиологией мозга, Юджин Д’Аквили, ныне покойный, был профессором психиатрии. Книга написана для широкого читателя, но содержит достаточно много нового материала (особенно по нейрофизиологии мистических переживаний) даже для профессиональных ученых. По утверждению авторов, Бог никогда не исчезнет в человеческом сознании, потому что религиозный импульс укоренен в биологии мозга. Сканирование мозга, производимое во время медитации и молитв, показывает поразительно низкую активность в его задней верхней теменной доле. Авторы называют расположенный там пучок нейронов «областью, ассоциированной с ориентацией» (сокращенно ОАО), потому что главной функцией этих нейронов является ориентировка тела в физическом пространстве. Люди с поражением этой области с трудом находят дорогу даже в окрестностях собственного дома. Когда ОАО находится в состоянии нормальной спокойной активности, человек четко ощущает различие между собственной личностью и всем окружающим. Когда же ОАО пребывает в пассивном, «спящем» состоянии — в частности, при глубокой медитации и молитве, это различение теряется и, следовательно, границы между личностью и миром расплываются. Не это ли происходит с молящимися, которые чувствуют присутствие Бога, или с медитирующими, которые вдруг начинают ощущать свое единение со Вселенной?
Подлинно религиозные люди отличаются тем, что у них эти переживания достигают такой глубины, что определяют собой всю их жизнь. Ньюберг и Аквили решили изучить те специфические ощущения, которые характерны именно для религиозного опыта, но при этом разделяются представителями любых религий. Одно из этих ощущений, чувство «единения со Вселенной», в свое время возбуждало Эйнштейна. Другое — это чувство благоговения, которое сопровождает мистические переживания и делает их важнее, напряженнее и подлиннее, чем любой опыт повседневной жизни.
Для проведения экспериментов исследователи с помощью своих коллег, занимавшихся тибетским буддизмом, отобрали восемь монахов, имевших опыт в медитации и согласившихся на сканирование мозга. Добровольцы приходили в лабораторию по одному, и техник вводил им в руку интравенозную трубку. Затем подопытным предлагалось медитировать, сосредоточиваясь при этом на каком-то единичном образе, обычно — на некотором религиозном символе. Цель эксперимента состояла в том, чтобы зафиксировать момент, когда ощущение человеком себя или своего «Я» (self) начинает растворяться и он начинает ощущать себя слившимся с мысленно выбранным для медитации образом. Как описывает это Майкл Бейме, один из медитировавших и одновременно участник исследовательской группы, такой переход ощущается, как «утрата границы. Как будто бы фильм вашей жизни прервался, и вы вдруг увидели тот пучок света, который проектировал этот фильм на экран».
Когда находящийся в состоянии медитации подопытный начинал ощущать появление чувства своей слитности с образом — обычно это происходило примерно через час после начала эксперимента, — ему в вену вводили радиоактивное вещество (атомы, «помеченные» радиоактивной меткой). В течение нескольких минут эти «меченые атомы» достигали мозга и распределялись по различным его участкам, собираясь в большем количестве там, где ток крови был сильнее, то есть там, где активность мозга была выше. Измеряя после этого сканером концентрацию радиоактивности в разных участках мозга, исследователи получали моментальный снимок мозговой активности в процессе медитации. По окончании эксперимента это распределение активности сравнивалось с ее распределением в состоянии покоя.
Исследователи не удивились, обнаружив повышенную активность в тех участках мозга, которые регулируют внимание, что свидетельствовало о глубокой сконцентрированности человека в процессе медитации. Но открытие значительного снижения активности в теменной доле верхней задней части мозга (в той самой ОАО, о которой мы говорили в начале статьи) привело их в сильное волнение. Ведь именно этот участок, как уже сказано, заведует различением между «self» и всем остальным миром. Грубо говоря, левая половина этого участка управляет тем ощущением («образом») собственного тела, которое свойственно индивидууму, в то время как его правая половина руководит ощущением «контекста», в который этот «образ» погружен, то есть ощущением реального физического пространства и времени, в котором функционирует наше «Я».
Ученые предположили, что по мере развития у медитирующего индивидуума чувства слияния, единения с внешним по отношению к нему религиозным образом он, этот индивидуум, постепенно отключает участок ОАО от обычных сигналов, связанных с ощущением своего «место- и времяположения», которые помогают ему отграничить образ собственного тела от внешнего мира. «Наблюдение за людьми во время медитации показывает, что они действительно отключают свое восприятие внешнего мира. Их больше не беспокоят приходящие извне образы и звуки. Поэтому, возможно, их теменная доля не получает более никаких входных сигналов» — говорит Ньюберг. Лишенный своего нормального «питания», участок ОАО перестает нормально функционировать (что проявляется в снижении его активности), и человек чувствует, как будто граница между ним и всем остальным начинает растворяться и исчезать. А поскольку для него исчезают пространственный и временной «контекст», его охватывает чувство бесконечного пространства и вечности.
Недавно Ньюберг повторил тот же эксперимент с францисканскими монахинями во время их молитвы. Поскольку молитвы больше основаны на словах, а не на образах, не удивительно, что сканирование показало активизацию тех областей мозга, которые связаны с речью. Куда интереснее, что и в этом случае область ОАО оказалась «отключенной» (то есть отличалась пониженной против нормы активностью). Это говорит о том, что и молящиеся отключают ту часть мозга, которая отграничивает человека от окружающего мира, и благодаря этому могут достигать чувства «единения с бесконечностью и вечностью».
Это чувство единения со Вселенной — не единственная особенность интенсивного религиозного опыта. Такой опыт несет в себе также большой эмоциональный заряд, сообщающий человеку чувство благоговения и глубокого смысла происходящего. Нейрофизиологи полагают, что появление этого чувства связано с другим участком мозга, отличным от теменной доли, а именно — с так называемым эмоциональным мозгом, лежащим глубоко внутри височных доль в боковых участках мозга, под его большими полушариями.
Этот участок мозга составляет часть так называемой лимбической системы, расположенной на внутренней стороне больших полушарий и регулирующей деятельность внутренних органов, инстинктивное поведение, эмоции, память и т.п. По мнению некоторых специалистов, этот участок возник в самом начале нашей эволюции. Ныне его функциями являются наблюдение за нашим жизненным опытом и маркировка особо важных для нас событий и образов — например, облика близкого человека. При такой «маркировке» данное воспоминание как бы помечается неким эмоциональным ярлыком, означающим «это важно».
Ученые считают, что во время интенсивного религиозного переживания «эмоциональный мозг» становится необычно активен, маркируя все, переживаемое в этом состоянии, как «особо важное».
Такая гипотеза могла бы объяснить, почему люди, пережившие такой религиозный опыт, затрудняются объяснить его другим. Вот как комментирует это Джеффри Сейвер, нейролог из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе: «Содержание глубокого религиозного переживания — его визуальные и чувственные компоненты — точно те же, что и обычные, каждодневные переживания любого человека. Но височнодольная система «эмоционального мозга» маркирует эти моменты религиозного опыта индивидуума как чрезвычайно важные состояния, сопровождаемые ощущениями большого удовольствия и гармонии. Когда такой опыт пытаются описать другим, удается передать только его содержание и чувство его необычности, но никак не сопровождающие его внутренние ощущения».
Имеется много свидетельств, подтверждающих важность «эмоционального мозга» для религиозного опыта. Наиболее известны показания людей, страдающих эпилептическими припадками и рассказывающих о неких «глубоких прозрениях» во время этих припадков. По мнению Сейвера, «это напоминает рассказы людей, переживающих религиозно-мистическое откровение, когда их охватывает такое чувство, будто их «Я» становится прозрачным и сквозь его пустоту (и «пустоту» внешней реальности) они видят «реальность» более высокого порядка». Не случайно, замечает Сейвер, многие эпилептики имеют склонность к мистическим переживаниям. Так, Достоевский писал, что во время своих эпилептических припадков он «прикасался к Богу». Список религиозных мистиков, которые, по предположениям, могли быть эпилептиками, включает апостола Павла, Жанну д’Арк.
Богатством ощущений, которое привносит в повседневную жизнь резкая активизация «эмоционального мозга», может объяснить, почему все религии придают такое большое значение ритуалам, утверждает Ньюберг.
Принудительные и стилизованные церемониальные действия вырывают людей из обыденности и помогают «эмоциональному мозгу» маркировать их как значительные. К тем же результатам, кстати, может привести и религиозная музыка, вызывая то ли возбуждение, то ли тихое блаженство. Об этих наблюдениях докладывали японские исследователи еще в 1997 году.
Вдумаемся, что же это все означает. Если религиозное чувство, как утверждают Ньюберг и его коллеги, имеет материальную основу (область ОАО, «эмоциональный мозг» и т.п.), то его, очевидно, можно вызывать в мозгу и искусственно. Доктор Майкл Персингер, нейролог из университета в ни чем не примечательном американском городе Садбери, утверждает, что «встретить Бога» может чуть ли не каждый — для этого достаточно надеть некий специальный шлем. В течение нескольких лет Персингер использует технику, которую он называет «транскраниальной магнитной стимуляцией», вызывая с ее помощью «сверхъестественные» переживания у самых обычных людей. Действуя методом проб и ошибок, он обнаружил, что слабое магнитное поле (примерно того же порядка, что магнитные поля, генерируемые компьютерным экраном), сложным образом вращающееся против часовой стрелки возле височной доли головного мозга, вызывает у четырех из пяти людей ощущение, что рядом с ними в комнате находится некое призрачное существо.
Как поступают люди, оказавшись в соседстве с призраком, зависит от их собственных чувств, склонностей и верований. Если они недавно потеряли близкого человека, то могут решить, что этот человек вернулся, чтобы повидаться с ними. (Как тут не вспомнить гениального Лема с его «Солярисом»?) Люди религиозного типа могут идентифицировать этот призрак как Бога. «И все это происходит в лаборатории. Легко себе представить, что произошло бы, если бы такое случилось с человеком ночью, когда он один, в своей кровати, — или в церкви, где имеется столь подходящий и существенный контекст», — говорит ученый. Персингер самолично пробовал надевать свой «чудотворный» магнитный шлем и, по его словам, тоже ощущал «призрачное присутствие», но у него это ощущение было ослаблено, поскольку он был слишком хорошо осведомлен о происходящем.
Не все, однако, согласны с тем, что персингеровские видения можно приравнять к тому, что переживают глубоко религиозные люди. Так, например, представитель главного лондонского раввина (не самый, надо думать, объективный судья) утверждает, что эксперимент Персингера столь же далек от истинно религиозного переживания, как настроение, созданное с помощью психостимулирующих лекарств, далеко от естественного психического состояния человека.
Тем не менее, как бы ни расценивать эксперименты Персингера, они с очевидностью показывают, что мистические переживания состоят не только из того, что мы чувствуем, но также из нашей интерпретации этого ощущения. «Мы подгоняем эти переживания под определенный стереотип, помещаем в отсек с определенным «ярлыком» (например, общение с высшим существом), и тогда наше переживание запоминается именно в таком виде. И такая подгонка производится бессознательно и занимает всего несколько секунд». Тут сказывается и то влияние, которое люди, как социальные животные, получают, разделяя с другими религиозные ритуалы.
По мнению ученых, три свойства заранее заложены в мозгу (Сейвер называет их в своей книге «нейронными субстратами»). Люди запрограммированы самой природой время от времени переживать ощущения, создающие у них иллюзию различных «видений». Как разумные существа, они способны (и склонны) классифицировать эти ощущения, то есть распределять их «по полочкам». Наконец, они нуждаются в общении с себе подобными, то есть в социальных связях и пространственной близости с другими людьми. Все это приуготовляет их к переживаниям ощущений религиозного типа. Но содержание, которое вкладывается людьми в эти переживания, не задается мозговыми программами. Не мозг порождает, скажем, религиозную нетерпимость. Но если, к примеру, вы ощущаете «единение с Богом» и при этом верите в необходимость уничтожить всякого, кто не разделяет вашу веру, то это уже является чисто культурным наполнением вашей веры. Именно такое культурное наполнение веры может, как мы видели на примере бен Ладена и его соратников, превратиться в реальную социальную опасность для других людей.
Из изложенного выше следует любопытный и отчасти даже тревожный вывод: по какой-то не известной нам — то ли естественной, как скажут скептики, то ли сверхъестественной, как скажут верующие, — причине наш большой и мощный мозг наделен возможностью испытывать некий эволюционно относительно новый вид переживаний, которые мы называем религиозными. Как справедливо утверждает Ньюберг, «проблема заключается в том, что все наши переживания в равной степени порождаются мозгом — как ощущения реальности, так и мистические переживания». Фактически, как это ни звучит парадоксально, единственным критерием реальности для нас является то, насколько реальной мы ее ощущаем: «Вы можете видеть сон, и в это время чувствовать его реальным, но когда вы проснетесь, он тотчас перестанет быть для вас реальностью. С другой стороны, люди, подверженные мистическим переживаниям, считают их более реальными, чем обычная реальность, и сохраняют это убеждение, даже возвращаясь в обыденную реальность. Из этого круга невозможно найти выход».
Эти осторожные формулировки устраивают и верующих людей. В конце концов, можно ведь видеть в шекспировских сонетах просто чешуйки графита, разбросанные по поверхности листа целлюлозы, а можно — будучи человеком определенной культуры — видеть в них произведение великого духа, и это тоже будет правдой. Как показывают описанные эксперименты, религиозное или мистическое переживание — это результат активности определенной группы нейронов, но верно и то, что — в рамках той или иной культуры — они трансформируются в ту или иную религию, которая наполняется тем или иным культурным содержанием, в свою очередь подчиняет себе (толкует на свой лад) очередные религиозные или мистические переживания и в конечном счете становится мощной традицией и реальной социальной силой. Поэтому не стоит, наверно, толковать результаты «экспериментальной теологии» как аргумент против существования Бога — верующих это не убедит, а неверующим не нужны аргументы. Во всем, что касается Бога, лучше руководствоваться, думается, правилом, которое сформулировал много лет назад один знакомый мне давний политзэк, человек бывалый и мудрый: «С Богом лучше не связываться». Другой мой знакомый, профессор-физик, тут же обосновал эту мысль научно-теоретически: «Человек, в принципе, не может постичь Бога, как система низшего порядка сложности не может постичь систему высшего порядка сложности». Что тоже верно, хотя и более туманно. Не хватало только религиозного человека, который то же самое выразил бы на свой, третий лад, напомнив, что «пути Господни неисповедимы»…
Ал Бухбиндер
|
|
Дэйм |
8 Май 02 |
21:12 |
Cообщение № 5865 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
| Заголовок: |
Можно присоединиться к дискуссии? |
Интересно, а что присутствующие имеют под термином "бог? Или вернее кого они имеют в виду.
|
|
LeD |
7 Май 02 |
18:54 |
Cообщение № 5844 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
| Заголовок: |
Это уж пусть как-нибудь сами |
Эти рецепты пусть сами разрабатывают. Чтоб жизнь малиной не казалась.
Да и вообще - объявить: ВАКАНТНО МЕСТО - БОГ. Желающим - заполнить анкеты. А мы потом выберем... :)
|
|
Argentum |
7 Май 02 |
16:29 |
Cообщение № 5839 |
Отклик
Редакт.
|
| Тема: |
Бог в мире и боги в фэнтези |
| Заголовок: |
а как же мануал? :)) |
|
...мэйби, стоит в "анкету" добавить мануал - чего конкретно требуется сделать богу, чтобы получить в ответ конкретный эффект (и возможно ли это вообще :)) Графы "специализация" и "зависимость от подпитки" не всегда в полной мере могут ответить на этот безусловно важный для поклоняющихся данному богу вопрос :))
|
|
