- Займитесь, наконец, хоть чем-нибудь полезным! – яростно сказал Завулон напоследок, выходя из зала, где три клона продолжили занятия. Он уже хотел было двинуться в отдел аналитиков, но его привлек голос Кармакиян-сана. Клон начал говорить что-то о правильном дыхании, жизненно необходимом для ниндзя, но был прерван вернувшимся Завулоном на полуслове:
- Кому ты это говоришь?! Четунка - тараканоид, о каком дыхании там идет речь?! А Дач еще чего доброго перепутает что-нибудь и вообще дышать перестанет, с его-то везением! Нет уж, пусть лучше дышат, как умеют! Живее будут! – с этим мрачным напутствием шеф ушел...
Аналитики ничего хорошего сказать не могли: поиски продолжались, но результаты были нулевыми, если не считать того, что за время поисков территория раскопок была изучена более чем досконально, вдоль и поперек. Завулон сидел в пустующем кабинете и задумчиво рассматривал Печать. Трещина была приличной, и склеивание здесь явно не помогло бы.
- А, ладно, - махнул рукой Завулон. – Все равно у Каина склероз и он забыл пароль. Чтоб он его и не вспомнил!..
Ход мыслей бывшего шефа Дневного Дозора прервал громкий стук, и в полу появилось что-то типа купола. Завулон быстренько сообразил, что такое могло получиться только в одном случае – если снизу, из другого помещения, в пол чем-то шарахнули, причем с немалой силой. Вспомнив, что под ним находится зал, где клоны проходили предотправочный курс выживания, он поспешил туда, ругаясь на ходу, что эти идиоты в один прекрасный день разворотят всю базу...
Хотя он был лишен сейчас возможности просматривать линии вероятности, профессиональная интуиция у него была развита великолепно, и именно она подсказала ему, что гораздо безопаснее сначала заглянуть в зал, а потом уж войти. Как оказалось, интуиция была права - лишь отточенная годами реакция помогла Завулону увернуться от энергетического смерчика... С интересом понаблюдав, как последний врезался в стену и иссяк, бывший шеф Дневного Дозора сделала выражение лица как можно более зверским и вошел. Впрочем, клоны и без этого выглядели малость испуганными. Завулон оглядел зал, и ему показалось, что тот как-то неуловимо изменился. Стены были покрыты легким слоем копоти и маленькими воронками, словно начинающий Иной учился бросать файерболлы, но они у него получались кривоватые. Вдобавок ко всему стены были украшены бесчисленными сюрикенами, застрявшими в них под разными углами (Дач еще не овладел ими в совершенстве, но хотя бы научился бросать их без лишения пальцев, впрочем, японцу и тараканоиду легче от этого не было). Четунка опасливо высунулся из-за обломка скалы для отработки быстрого спуска с высоты без парашюта (Кармакиян-сан говорил, что это очень полезное искусство: когда нет времени на привязывание троса и медленный спуск, а высота приличная и жить еще хочется), японец выглядел растерянным и вертел в руках сюрикен, а Дач стоял посередине зала, яростный и злой до невозможности, а прямо над ним потолок изгибался, образуя купол, которого там не было еще час назад. При появлении Завулона все трое дружно начали жаловаться, обвинять друг друга и оправдываться, причем делалось это все одновременно. Темный на секунду прикрыл глаза, собираясь с мыслями и отчаянно желая, чтобы его подозрения по поводу причины произошедшего не подтвердились, но эта надежда рассыпалась в прах, когда японец пожаловался на Дача. Терпеливый японец пытался научить того концентрировать жизненную энергию с последующей регулировкой температуры тела, но с везеньем Дача проще было сделать харакири. Вместо того чтобы направить энергию на себя, Дач выпускал ее в окружающее пространство, меняя температуру воздуха вокруг. Четунка и Кармакиян-сан пережили пару неприятных минут, когда Дач умудрился создать в зале что-то около абсолютного нуля, а следующим перепадом стала жара Сахары. Причем горе-клон откровенно не понимал, как он это делает, и жутко злился, слушая ругань японца, требовавшего, чтобы он сосредоточился на себе и не гробил их с тараканоидом. Последняя попытка вообще закончилась энергетическим потоком, слетевшим с ладони Дача, повернутой, к счастью (или к несчастью – зависело от того, где вы стояли) к потолку и выгнувшей его...
Завулон в который раз проклял тот момент, когда он согласился стать помощником Каина и тот повесил на него эту троицу, но тут же быстро переключился на другое: сумрак клоны не задействовали при концентрировании внутренней энергии, и хотя ответить тот даже не пытался, все равно дело шло не так, как хотелось, по крайней мере, у Дача. Решив обдумать этот факт на досуге (если эти идиоты дадут ему хотя бы пару минут на размышления), он посоветовал японцу бросить упражнения с энергией (а то от базы и от них самих скоро ничего не останется, если тренировки будут продолжаться в том же духе), и переключиться на что-нибудь менее опасное для жизни, типа ходьбы по веревке или нейтрализации противников. Японец возвел глаза к потолку, собираясь сказать что-нибудь типа "за что мне это?!", но наткнулся взглядом на полусферу в потолке и проглотил не успевшую оформиться жалобу.
- Вце, перехоцим к хоцьбе по тросу, а поцле к рукопацному бою и технике болевых тоцек...
Приказав Кармакиян-сану зайти потом к нему в кабинет и доложить о результатах тренировок, Завулон удалился, сделав пометку для памяти, что неплохо было бы потом отремонтировать зал, если там останется что ремонтировать...
- Это невозмоцно, - жаловался спустя какое-то время Кармакиян-сан Завулону.
Темный сидел и невидящим взглядом смотрел перед собой, слушая речь клона-японца. Учения по ходьбе прошли в целом неплохо, если не считать того, что у Дача обнаружился страх высоты и он наотрез отказался лезть на уступ, где был прикреплен трос, угрожая пустить в дело сюрикен, если его попытаются заставить это сделать. Японец счел за лучшее отступить и оставить горе-клона в покое. Четунка оказался весьма способным учеником в этой дисциплине, если не обращать внимания на то, что при передвижении он хватался за трос всеми шестью лапами и передвигался как истинное насекомое. Отработку "высотных полетов" пришлось и вовсе отменить: Дач опять отказался лезть на высоту, а Четунка итак умел падать с любой высоты и приземляться на все лапы без ущерба для здоровья – видимо, эту способность он получил на уровне рефлекса от таракана-породителя. Рукопашный бой и техника болевого касания были единственным, в чем преуспела эта парочка, правда, и здесь не обошлось без инцидентов. Японец показывал точки, нажим на которые мог усыпить человека, а если подержать подольше, то и убить. Дач отрабатывал эти приемчики на Кармакиян-сане (Четунка для этих целей явно не годился) и, как всегда, умудрился натворить дел. Он промахнулся с участком кожи, куда надо было надавить, и теперь японец слышал все, что творилось в здании в районе 6 этажей над ними. Завулон с удовлетворением отметил, что его кабинет, равно как и Каина, находится вне пределов досягаемости слуха клона-японца. Апофеозом тренировок стал поступок Дача. Эту сцену Завулон наблюдал собственными глазами. Уже выходя из зала, клон хмыкнул и со словами "И все-таки я научился управляться с этой штукой!" не глядя метнул сюрикен за спину... Вслед за этим раздался звучный мат: Четунка баюкал половину средней лапы, вторая лежала на полу рядом с мирно поблескивающим сюрикеном... Завулону пришлось срочно заняться восстановлением лапы, а Дач получил нехилый втык и запрет даже приближаться к этому виду оружия. Именно это происшествие и повлияло на решение Завулона. Окончательно выйдя из себя и обругав клонов, Темный маг заорал, что тренировки закончены и эта троица отправляется в лагерь террористов немедленно. Правда, сейчас, слушая доклад Кармакиян-сана, он переменил решение:
- Завтра утром, и никаких возражений! – дверь, захлопнувшаяся за ним, от удара разлетелась на куски...
Японец пожал плечами:
- Завтра, так завтра... Вце равно из них никогда не выйдец нинздя...
|